Шринкфляция: во сколько россиянам обходится усыхание упаковок

Покупатели в России давно столкнулись с узаконенным обманом: привычные упаковки товаров уменьшаются, а цена остается прежней или даже растет. Это явление называется шринкфляцией — производитель сокращает вес или объем продукта, не меняя ценник, что фактически означает удорожание.

Аналитики, работающие с вице-спикером Госдумы Борисом Чернышовым, выяснили: за год упаковки в среднем «худеют» на 5%, а в отдельных категориях — на 20–22%. Например, орехи и сухофрукты потеряли почти четверть веса, шоколад — 15%, выпечка — 10%. При этом цена на них осталась прежней или даже выросла.

Реальная инфляция с учетом этого скрытого удорожания составляет 13,1%, а не 5,6%, как официально заявил Центробанк. Разница между этими показателями и есть шринкфляция. В среднем одно домохозяйство теряет от 28 до 34 тысяч рублей в год, а по всей стране — почти 2 триллиона рублей.

Чаще всего страдают товары, где покупатель ориентируется на привычный вид, а не на вес. Среди них:

«В отдельных сегментах потери достигают 20–22% — это чаще всего товары с высокой долей брендинга и низкой эластичностью спроса, где потребитель психологически „не замечает“ уменьшения, пока не начинает считать, — объясняет в интервью MSK1.RU Саид Гафуров, кандидат экономических наук, доцент МГЛУ и РГСУ. — Бытовая химия и средства гигиены — тоже в зоне риска: объем флакона падает, а формула нередко упрощается — здесь шринкфляция плавно перетекает в скимпфляцию».

Потребители не привыкли проверять вес, поэтому берут пачку, которая выглядит как раньше, платят ту же цену, а дома обнаруживают, что продукта не хватило. Шампунь заканчивается раньше срока, каши не хватает на завтрак.

Производители называют это «оптимизацией», а не воровством. Саид Гафуров поясняет: в условиях кризиса растут затраты на сырье, логистику и упаковку. Повышение цены отпугнет покупателя, а уменьшение веса часто остается незамеченным. «В условиях роста затрат компании ищут способы сохранить доступность товаров для потребителей. Одним из таких способов и является шринкфляция», — говорит директор международной выставки продуктов питания WorldFood Moscow Александр Ежов.

По словам Гафурова, в такой ситуации выигрывают традиционные рынки. Там товар виден «вживую», покупатель может попросить отрезать ровно нужный вес. Продавец на рынке дорожит репутацией, в отличие от анонимных полок супермаркета, где лежат «скукожившиеся» упаковки.

Генеральный директор экосистемы управления репутацией и бизнес-аналитики «Платформа VICTORY» Василий Александров считает, что производители-обманщики тоже теряют миллиарды. «Покупатель не дурак. Он замечает, как привычная пачка не закрывает привычный рецепт, банка кончается быстрее, чем в прошлый раз, — и человек идет к весам или к старой упаковке в шкафу. Дальше он делает то, что делает любой рассерженный человек в 2026 году: фотографирует и пишет. В отзыв на маркетплейсе, в карточку магазина на картах, в комментарии к посту бренда. Он формулирует претензию одним словом: обманули», — объясняет Александров.

Эксперт сравнивает шринкфляцию с расхождением цен на полке и на кассе: покупатель чувствует себя обманутым, и это чувство сильнее, чем реальная переплата. «Литр молока, килограмм крупы, десяток яиц — эти величины люди помнят на уровне мышечной памяти. Девятьсот граммов вместо килограмма замечают все и сразу», — добавляет он.

Александров отмечает, что раньше возмущение покупателя жило в комментариях неделю и затухало. Теперь оно оседает в карточках товаров, отзывах и поисковой выдаче, попадая в ответы нейросетей. «Человек спрашивает у ИИ, какой производитель лучше, и получает выжимку из накопленных жалоб, в том числе трехлетней давности. Разовое решение уменьшить пачку становится постоянным клеймом для бренда», — предупреждает он.

Саид Гафуров видит решение в тотальной прозрачности: указывать на упаковке факт уменьшения граммовки и цену за килограмм или литр, а также ввести единые стандарты упаковки для социально значимых товаров. Но, по его словам, важно создать для бизнеса условия, при которых не придется каждый месяц сокращать вес. «Иначе мы будем бороться не с явлением, а с его симптомами, — говорит он. — А бизнес каждый раз будет находить новые формы адаптации, которые регулятор снова не успеет заметить».

Пока же обедневшие россияне продолжают платить за воздух в пачках, не зная, когда это закончится.