Споры о «Разговорах о важном» на тему VPN

В российских школах появился новый антигерой воспитательной работы — VPN. В Иркутской, Ростовской областях и других регионах уже прошли занятия, где ученикам объясняют, почему обход блокировок — сомнительная практика, и рекомендуют удалить эти приложения.

В эпоху, когда дети нередко учат родителей обращаться с гаджетами, эта инициатива прозвучала громче, чем ожидали её авторы.

Журналисты опросили экспертов из политики, цифровой индустрии и образования. Мнения разделились от осторожного одобрения до ироничного скепсиса.

Депутат Госдумы Светлана Бессараб считает ограничения оправданными. Она признаёт: «Дети в большинстве своем, конечно, ищут даже из любопытства какие-то пути обхода запретов. И, как мы знаем, запретный плод всегда более сладок». Речь, по её словам, идёт о защите от опасного контента ради психологического здоровья молодежи. Не каждый взрослый способен переработать интернет-информацию, а подросткам это тем более сложно. Школа и родители должны фильтровать поток. Однако она добавляет: разговаривать с детьми нужно, но «не надо ребят наталкивать на мысль, что какие-то запреты можно обойти». Проблема в том, что сам разговор о VPN эту мысль подталкивает.

Генеральный директор Института исследований интернета Карен Казарян предлагает технологичный взгляд. Программы цифровой грамотности уже существуют, и обсуждение VPN может быть полезным, если вести его честно. Школьники часто разбираются в технологиях лучше родителей — это меняет правила. Если взрослые лукавят, это отрицательно влияет на обучение. Убедить подростка во вреде инструмента, который он сам настраивает за минуты, практически невозможно. Казарян не против объяснений; ученики должны знать, что такое VPN, как он работает и какие риски есть. Но превращать уроки в кампанию с однозначным пропагандистским посылом — рискованно: эффект может быть обратным. Решение — системность: цифровая грамотность должна встраиваться в образование с ранних классов, а не появляться эпизодически.

Академик РАО Евгений Ямбург критикует сам принцип добавления новых тем. «Беда — это то, что каждый свои 5 копеек стремится всунуть в программу», — говорит он. При проблемах с налогами вводят урок про налоги, с экологией — ещё один предмет, но нагрузка на детей растёт, а базовые дисциплины не сокращают. Ямбург называет такой экстенсивный подход тупиком и предлагает интегрировать темы в существующие предметы. Этим должны заниматься профессионалы, а не случайные инициаторы. Особенно резко он высказывается о попытках действовать по принципу «тащить и не пускать»: «Если ребенок не верит школе, то он не верит и государству. Отсюда и цинизм, и всякие совершают поступки». Он предупреждает о психологическом эффекте запретов: школа не стоит на Луне и не может игнорировать информационную реальность, в которой живут дети.

Таким образом, история с уроками о вреде VPN стала лакмусовой бумажкой для системы образования. С одной стороны — искреннее желание защитить подростков, с другой — цифровая реальность, где запреты работают как реклама, а недосказанность разрушает доверие. В итоге школа рискует научить не осторожности, а обходу — не критическому мышлению, а тихому скепсису.