Рост безработицы в Москве: эксперты о рынке труда

В Москве число официально зарегистрированных безработных за год выросло примерно на две трети — точнее, на 70%, достигнув почти 100 тысяч человек. Такие данные приводит Росстат. Однако для столицы с её огромным рынком труда, где заняты около 8,6 миллиона человек (по оценке замглавы департамента экономической политики и развития Москвы Зои Викторовой), эта цифра остаётся незначительной. Пока рано говорить о массовой безработице.

Президент кадрового портала SuperJob Алексей Захаров в разговоре с MSK1.RU призывает не драматизировать текущую статистику. Он называет происходящее «флуктуацией», которая не влияет на рынок в целом. По его словам, при исторически низком уровне безработицы даже небольшой рост в процентном выражении выглядит значительно серьёзнее, чем на самом деле.

Захаров подчёркивает важность устойчивой тенденции, а не единичного скачка. Только если безработица будет расти год за годом и достигнет других величин, ситуация потребует серьёзного анализа. Пока этого не наблюдается. Рынок труда остаётся плотным: сокращённого сотрудника часто готова принять другая компания, поэтому макроэкономическое давление почти не отражается на общей статистике.

«Где-то закрывается проект, где-то сокращают штат, где-то не повышают зарплату и сотрудник сам уходит. Одновременно другой бизнес продолжает нанимать», — поясняет Захаров. Рост безработицы даже при низких показателях не обязательно связан с массовыми увольнениями. Он может быть следствием того, что работодатели перестали создавать новые рабочие места прежними темпами. Рынок меняется не только через сокращения — достаточно, чтобы бизнес снизил активность найма.

Генеральный директор сервиса GdeRabota.ru Екатерина Агаева связывает происходящее с охлаждением кадрового рынка. Среди ключевых причин она называет высокую ключевую ставку: дорогие кредиты заставляют компании осторожнее относиться к инвестициям и сокращать расходы. В Москве это особенно заметно, поскольку столица аккумулирует финансовый и деловой секторы и быстрее реагирует на изменение стоимости денег.

Когда деньги были дешёвыми и ощущался дефицит кадров, компании могли нанимать больше сотрудников, повышать зарплаты и запускать проекты. При высокой стоимости финансирования каждое такое решение требует пересмотра. Новый сотрудник — это не только зарплата, но и налоги, оборудование, рабочее место и управленческие расходы, отмечает Агаева. В итоге вакансии могут не закрываться месяцами, ушедших сотрудников не заменяют, а повышение зарплаты откладывают.

«Это раньше в борьбе за кадры компании старались удержать персонал повышением зарплат, что раздувало издержки без реального роста производительности. Теперь же бизнес пытается оптимизировать расходы, сохранив и повысив эффективность труда», — говорит Агаева.

Алексей Захаров считает, что реальная безработица начинается с уровня выше 5%. Сейчас в России официальный показатель — 2%, в некоторых регионах ещё ниже. «Да, оптимальный уровень безработицы составляет 3–5%. А нынешний показатель 1,3% всё еще далек от „здоровых“ цифр», — соглашается Агаева.

При сверхнизкой безработице главный риск — стагнация доходов россиян. По данным GdeRabota.ru, за первую половину 2026 года среднее зарплатное предложение в вакансиях выросло всего на 10%. Для сравнения: два года назад за аналогичный период рост достигал 25%. Если россияне привыкли к постоянному повышению зарплат, теперь придётся отвыкать — впереди лишь устойчивый рост цен.